Первыми жильцами в Баболовском дворце стали австрийский посланник граф Эстергази с дочерью во время пребывания императрицы Екатерины II и ее двора в Царском Селе летом 1793 года. На лето императрица распорядилась сделать для этого необходимые поправки, причем для его дочери приспособили, видимо, комнату с ванной. Валентин Граф Эстергази , сторонник короля Людовика XVI, покинул Францию в связи с революцией и в 1791 г. приехал в Петербург, где возглавлял сообщество французских эмигрантов*.

В начале XIX века Баболовский дворец пришел в унылое и ветхое состояние из-за редкого использования по назначению и отсутствия заинтересованного владельца.

В 1814 г. дворец был полностью возобновлен архитектором Л. Руска, который заново отделал все помещения, расписав потолки и задрапировав стены ситцевыми тканями, обставив мебелью красного дерева. Обновленный дворец простоял без перемен около десяти лет.

Гранитная ванна в Баболовском дворце

Гранитная ванна в Баболовском дворце

Уникальный бассейн из гранита был заказан, по повелению Александра I, инженером А. А. Бетанкуром  известному петербургскому каменотесу Суханову, который блестяще выполнил этот заказ, проработав над ним с 1811 по 1818 год. Современники и сам создатель этой ванны — Самсон Суханов высоко ценили это изваяние, не имевшее аналогов в истории каменотесного искусства. Однако эта ванна хранит особую, не до конца раскрытую историю создания.

Она была вытесана из единого блока камня мастерами известной своими работами петербургской артели С. К. Суханова,  известной своими каменотесными работами, за 16000 рублей.

Как был доставлен Гром-камень к Исаакиевскому собору, за сотню метров от Невы, мы хорошо знаем. Как многомудрый Августин Бетанкур доставил царскосельскую чашу, не столь тяжелую, как Гром, но все-таки весящую без малого 50 тонн, к месту ее установки в начале XIX века, когда эпоха пара и электричества еще не наступила – инженерная загадка: ведь рядом ни водных путей, ни порядочных дорог нет, и приходится сожалеть, что прилежный рисовальщик-документалист не присутствовал при этой уникальной транспортной операции. Нет достоверных сведений и о том, где была изготовлена чаша – прямо в каменоломне на одном из островов Финского залива, или близ места установки. Если верно последнее, то, следовательно, к стенам Баболовского дворца был доставлен «отруб» гранита, в 2-2,5 раза превосходящий по массе саму чашу.

Суханов Самсон Ксенофонтович (1768—1840-е)
Портрет работы В. А. Тропинина (1823). Деталь

Первое упоминание о ванне находим в «Отечественных записках» за 1818 год в статье П. Свиньина. Вот как он описывает ее: «Наконец окончил Суханов нынешним летом прекрасную, единственную ванну для Баболовской бани. Она вышиной 2 аршина 12 вершков, глубиной 2 аршина 4 вершка и в диаметре 7.5 аршина. Многие из петербургских жителей ездили нарочно посмотреть сие произведение Русского Ваятеля. Он тем более заслуживает внимания, что со времен египтян неизвестно ничего столь огромного из гранита. Иностранцы не хотели верить, чтоб Суханов в состоянии был произвести сие чудо ваяния или ваятельного искусства, которое тем еще для него похвальнее и славнее, что не прибавил он ни сколько цены, предлагаемой ему за таковую же ванну из четырех частей! Сей удивительный кусок гранита найден им на одном из Финляндских островов и перевезен водою. Он весил сначала до 10.000 пудов (Около 160 т.) , а ныне 3.000 (Около 48 т.). Во многих местах приметны на нем части Лабрадора, что при солнечном сиянии делает его блестящим.

В архиве имеется «Дело о выдаче купцу Суханову 6 тыс. руб. за выделку ванны из гранита и перевозку оной в Баболовскую купальню», из которого, однако, сложно проследить историю создания ванны. В 1811 г. генерал-лейтенант А. А. Бетанкур заключил контракт с купцом Сухановым на выделку и перевозку гранитной ванны в Баболовскую купальню. В мае 1818 года ванна была изготовлена и поставлена на место.

На основании этого документа можно предположить, что основные технические и прочие требования к гранитной ванне были определены при заключении контракта инженером А. А. Бетанкуром. Несомненно и то, что у Суханова уже был опыт изготовления такой же огромной ванны для Петергофа, но полированной только изнутри.

Царь-ванна. Баболовский дворец

Эта нечеловеческих размеров «ванна» весом в 48 тонн, диаметром 533, глубиной 152 и высотой 196 сантиметров и емкостью «в 800 ведер воды». В пересчете на современные меры длины получим размеры ванны:

  • высота — 195.5 см,
  • глубина — 151.1 см,
  • диаметр — 533 см.
  • “По исчислению в ванну сию войдет до 800 ведер воды”. По современным меркам, считая 1 ведро = 12.293 литра, получим объем воды в ванне ок. 10 куб. м, а по геометрическим размерам воды в ванну можно залить около 25 куб. м, то есть расчет был либо неправильным, либо счет шел на ведра горячей воды, добавляемой для разбавления холодной воды, либо на частичное заполнение – на 1/2 этой гигантской ванны.

Она была вырублена из цельного куска красного карельского гранита. Глыбу красного гранита весом более 160-ти тонн доставили с одного из финских островов и полировали на месте. Как уже указывалось, ванна обрабатывалась в течение 7 лет, с 1811 по 1818 год, это стало одной из причин разорения Суханова как подрядчика в условиях отсутствия новых заказов**.

На изготовление ванны в Баболовском дворце использован гранит крупнозернистого строения темно-розового цвета, редко встречающийся без трещин, что придает особую ценность этому изделию-памятнику. Заготовка («отруб») огромной величины была вырублена на островах Финского залива, возможно, там же, где добывался затем материал для колонн Исаакиевского собора. Для этой гранитной ванны характерно еще одно привлекательное явление — эффект иризации (радужных отсветов), который создают в ней минералы полевого шпата (его разновидности — Лабрадора), входящие в состав гранита. Минералы состоят из тонких пластинок, толщина которых близка к длине светового луча. Для гранитной ванны Суханова характерно, что она при различном освещении смотрится иначе, например зимой и летом.

Чтобы представить трудоемкость изготовления чаши, разделим внутренний ее объем (около 30 кубических метров) на объем гранита, отделяемого от блока одним ударом киянки по скарпелю (в среднем от одного до трех кубических миллиметров). Результат: десятки миллиардов ударов только для придания блоку чашевидной формы. Тот же порядок имеет число ударов, нанесенных по блоку для придания ему идеально правильных, округлых внешних форм.

Добавим к этому, что Суханов работал за сто лет до появления твердосплавного камнерезного инструмента. Тот же инструмент из простой стали, который был в его распоряжении, требовал заточки через каждые три-четыре удара по граниту.

Уникальная ванна-бассейн, выполненная с особым вдохновением мастером Сухановым и его работниками, созданная из темно-розового гранита, существенно обогатила дворец благодаря своим размерам и художественно-декоративным достоинствам.

Директор Санкт-Петербургского минералогического общества профессор Я. Зембницкий об этой ванне писал в своей книге: «Сие произведение русского художника тем более заслуживает внимания, что со времен египтян не известно ничего столь колоссального из гранита» . Из других достоинств следует отметить внутреннее оформление ванного павильона в виде решетчатого балкона, поддерживаемого кронштейнами из чугуна вокруг ванны, включающего согласно смете Стасова 16 пог. саж. чугунных решетчатых лесенок со стойками и 33 пог. саж. парапета с поручнем для галереи. Эта ответственная работа была выполнена на механическом заводе Чарльза Берда в Санкт-Петербурге (ныне ФГУП «Адмиралтейские верфи») уже в 1824—1825 годах и судя по сохранившимся остаткам изящного чугунного литья отменно качественно.

О том, каким способом бассейн наполнялся водою, кратко и загадочно повествует М. Пыляев: «когда немного откроют правый шлюз у мостика, то вода быстро наполняет ванну». Кто именно из исторических персонажей и при каких обстоятельствах в этой ванне купался, история умалчивает. Неясно также, каким образом происходил и происходил ли вообще подогрев воды в чаше. Историк И. Яковкин считал гранитную ванну в Баболовском дворце “из первейших в мире”.

Баболовский дворец – далекое эхо плеска воды в римских банях, преодолевшее путь от терм Диоклетиана, через Холодные бани Екатерининского дворца до окраины Баболовского парка. Однако Баболовский дворец – не баня, но только символ бани, ее поэтическая метафора.

В Интернете сейчас ванну Суханова начинают называть Царь-ванна, видимо из-за ее размеров. Но столь лестное сопоставление с Царь-пушкой и Царь-колоколом не должно обольщать — предшественники ванны никогда не были задействованы по прямому назначению, а ванна бездействует пока менее века (после 1917 года).

Перепланировка дворца

Вторым рождением дворца следует считать 1823—1825 годы, когда Баболовский дворец был перестроен по проекту известного архитектора В. П. Стасова, который получил предписание увеличить круглый зал и установить в нем взамен мраморной большую гранитную ванну К этому времени уже не было в живых автора первого проекта дворца — И. В. Неелова.

21 февраля 1824 г. зодчий представил составленный им в первые недели 1824 г. проект перестройки.

В процессе перестройки дворца В. П. Стасов ввел минимальные изменения в прежний проект и бережно сохранил общую целостность архитектурного замысла В. И. Неелова, хотя основной акцент композиции был перенесен с овального аванзала на павильон Холодной бани. Так на месте почти круглого восьмигранного зала была сооружена вытянутая башня с шатровой крышей, в которой находилось оригинальное помещение с огромным круглым бассейном — ванной.

Из записок Стасова известно, что «по случаю высочайшего повеления о сделании каменного купола, вместо предложенного деревянного потолка над овальною залою, строящейся вокруг поставленной гранитной ванны при Баболовском павильоне, сделалось потребным:

  1. Утолстить фундаменты и стены соразмерно тягости и распору такого купола и для сего.
  2. Сломать оставшуюся часть бывшей залы и некоторую часть прилегающих стен павильона с их фундаментами…».

Таким образом, для размещения новой гранитной ванны потребовался слом и разборка части стен дворца и постройка вокруг нее специального павильона. Такой подход отличался от общепринятого: сначала сооружаются стены здания, а затем в нем размещается ванна. Здесь же предполагалось сначала установить гранитную ванну, а затем уже возводить стены и свод павильона.

Архитектор В. П. Стасов представил в ноябре 1823 года смету в сумме 46 тыс. 657 руб. на увеличение ванного павильона для установки в нем гранитной ванны, которая была утверждена лично Александром I из расчета, что 18 тыс. руб. будут выделены в 1824 году, а остальная сумма — в 1825 году.

Работы по усилению фундаментов и стен соразмерно распору нового сводчатого купола, а также перекладка стен прилегающих помещений павильона, которыми руководил арх. В. М. Горностаев, продолжались до 1829 г. В 1829 г. все помещения дворца были отделаны, фасады и крыши окрашены и работы закончены. Стены овальных объемов были оставлены в кирпиче, остальные части оштукатурены, разделаны под камень и окрашены в коричневый цвет.

Реконструируя здание, Стасов перестроил лишь главный объем, сильно его увеличив, сохранив при этом ложноготический характер архитектуры со стрельчатыми окнами и зубчатым аттиком. В отличие от Китайской деревни, здесь зодчий сохранил прежний архитектурный характер здания.

Отливку из чугуна лестниц с перилами, колонн и площадок около гранитной ванны исполнил чугунолитейный завод Берда. Облик кирпичных фасадов при перестройке не изменился, а вот фасады служебных помещений дворца были оштукатурены и окрашены «под кирпич»с разделкой швов белой краской.

Баболовский дворец, зал с ванной, 1900-е

Из сметы можно определить состав всех привлекаемых материалов для перестройки дворца, можно почерпнуть многие особенности строительства, отделки и оснащения как ванного павильона, так и ванны. Одновременно можно оценить и степень полноты реализации замысла архитектора в отношении убранства интерьера павильона и внешнего вида ванны. К примеру, видимо, не были установлены чугунные подпоры и бронзовые ножки в виде черепах — сейчас ванна покоится на гранитных блоках. Вряд ли были установлены и золоченые краны для холодной и горячей воды. Осталось неизвестным, была ли выполнена живопись на стенах и другие работы, например дополнительная полировка наружной стороны ванны.

Известняки в сооружениях Баболовского дворца занимают второе место по массе после кирпича и первое место среди природных облицовочных материалов. В строительстве Баболовского дворца использованы известняки местного происхождения: путиловский камень (или плита) и пудостский камень. Из путиловского камня были выложены фундаменты и лестницы, плитами облицованы стены, подоконники и пол ванного павильона, а также уложен карниз здания по всему периметру. Из пудостского камня сделана облицовка стен пандуса Камероновой галереи. В Баболовском дворце этот материал был применен достаточно избирательно: в качестве вставок для оконных и дверных проемов, а также для наличников, в основном в виде брусков. Известно, что у строителя дворца И. Минчаки был большой запас пудостского камня со времени участия в строительстве Камероновой галереи.

В сохранившихся ныне развалинах стен гостевого павильона Баболовского дворца видны отдельные вкрапления пудостского камня. Эти вкрапления органично включены в строительные конструкции в качестве опорных поверхностей, а также одновременно служат выразительными деталями внешнего архитектурного оформления. К сожалению, в настоящее время промышленная добыча пудостского камня возле Гатчины не производится, каменоломни закрыты, поэтому реставраторам приходится с большим трудом находить этот камень в других местах (есть небольшой карьер в Псковской области).

По проблеме долговечности сооружений из различных пород камня отметим, что в нашем северном климате хорошо сохраняются только сооружения из вечного камня — гранита. В меньшей мере это относится к известнякам, хотя в сооружениях Баболовского дворца они оказались достаточно стойкими. В этой связи кирпичные сооружения значительно проигрывают (разрушаются), что можно заметить на примере моста-плотины перед дворцом, где видны разрушения поверхностей из оштукатуренного кирпича.

* Впервые граф Валентин Эстергази посетил Россию в сентябре 1791 г. В Петербург он приехал по поручению принцев совета и передал Екатерине II несколько документов, по которым она могла бы составить себе понятие о положении принцев, братьев короля, и об их планах.
В 1793 г. граф Эстергази, вынужденно вернувшийся в Россию, занял при дворе Екатерины прочное положение. Он был принят в круг ее ближайших друзей и пользовался большим доверием императрицы. Эстергази отличался изысканными манерами, остроумием и умением вести беседу. Екатерина доверяла его мнению относительно приезжавших в Россию французов. Хотя сам граф утверждал, что, несмотря на милостивое отношение к нему императрицы, пребывание при дворе было ему в тягость по причине бесчисленных просьб, с которыми ему приходилось к ней обращаться от лица эмигрантов, а также неосмотрительного поведения многих французов, за которых он считал себя ответственным. Екатерина щедро облагодетельствовала графа, выделив, по некоторым сведениям, на его содержание 2 млн рублей. Эстергази относился к весьма узкому кругу (вместе с графом Шуазеля-Гуффье и маркизом де Ламбером) наиболее приближенных к императрице из всех поселившихся в России французских эмигрантов.

С.К. Суханов (1768 – после 1840)
В.А.Тропинин

** Не совсем точно. По современным данным Суханов действительно умер бедным. Но заказы были и весьма крупные. Например, 48 колонн-великанов Исаакиевского собора, Крюков канал камнем одел, создавал пьедестал памятника Минину и Пожарскому в Москве. Скульптурные группы на аттике здания Биржи (“Нептун с двумя реками” и “Навигация…”, 1810-20-е гг.), ростральные колонны с четырьмя символическими. фигурами 4 русских рек (1810-20-е гг.) – Нева, Волхов, Волга, Днепр; наб. Стрелки В. О.; скульптурные композиции портика Горного ин-та (по моделям скульптора В. И. Демут-Малиновского и С. С. Пименова); изображения античных воинов на башне Гл. Адмиралтейства (по моделям Ф. Ф. Щедрина); ряд колонн для Казанского и Исаакиевского соборов; постаменты памятников М. И. Кутузову и М. Б. Барклаю-де-Толли (1832-36). Архитекторы частенько наведывались к Суханову, молча стояли рядом, удивлялись. Вот ведь не заканчивал Самсон Суханов Академии художеств, вообще никто не учил его ваянию, а что за чудеса выходили из его рук!
Журнал “Отечественные записки” так высокопарно написал о работах мастера: “Столица наша превратится вскорости в новые Фивы; позднее потомство будет спорить, люди или исполины создавали град сей. Честь и слава гражданину Суханову”.

Часть III