Блистательный Санкт-Петербург, на протяжении всей своей дореволюционной истории имевший репутацию самого европейского города России – парадного, холодного, официального, чиновничьего, – был вместе с тем истинно народным городом. Достаточно сказать, что в XVIII – XIX веках на берегах Невы устраивалось до тридцати массовых гуляний в год. Какие-то оказались полностью забытыми, а какие-то, несмотря на всевозможные политические катаклизмы, сохраняются по сей день. О том, как и где веселились и праздновали жители нашего города, обозревателю нашей газеты Сергею ГЛЕЗЕРОВУ рассказала заместитель директора по науке Музея истории Санкт-Петербурга Юлия ДЕМИДЕНКО.

– Юлия Борисовна, известно, что массовые гулянья происходили в Петербурге с самых первых лет его существования…

– Да, и эти гулянья были очень разные. Зачастую они сводились к угощению гостей и фейерверкам. Вообще все зависело от назначения торжества, а праздновали тогда в первую очередь рождения наследников, царские именины и военные победы. При Петре традиции праздников были довольно демократичные. На царские торжества пускали даже работных людей, строивших Петербург. Единственное требование, предъявлявшееся к простому люду, было следующее: приличная одежда.

Стоит заметить, что традиции массовых гуляний восходят к древней этнографической традиции – обязанности вождя с определенной периодичностью устраивать для соплеменников праздник с обязательной раздачей подарков и пиршеством. Это своего рода способ регуляции социальных отношений. Ведь мало кому в племени нравится, когда кто-то один начинает жить слишком хорошо – лучше, чем все остальные. Поэтому время от времени тот, кто забрался на вершину власти или богатства, должен делиться дарами и публично демонстрировать, что он такой же, как и все.

Кстати, в XVIII веке понимали глубинный смысл народных праздников. Недаром Екатерине II принадлежит очень мудрая фраза: «Народ, который поет и пляшет, зла не помышляет». И это правильно: так было и в первобытные времена, и в эпоху Древнего Рима, и теперь…

На гравюре голландца Питера Пикарта — торжественная встреча 18 октября 1704 г. на Неве судов олонецкого строения. Фото из фондов отдела эстампов РНБ

На гравюре голландца Питера Пикарта —
торжественная встреча 18 октября 1704 г. на Неве судов олонецкого строения.
Фото из фондов отдела эстампов РНБ

– И все-таки Петр задумывал новую столицу как европейский город. Были ли какие-то традиции празднеств, которые он пытался привнести с Запада?

– Петр пытался ввести маскарады – наподобие тех, что проходили в Венеции, которая в ту пору задавала тон. Однако традиция ходить в масках у нас не прижилась. Тем не менее мемуаристы свидетельствуют, что было такое странное явление, когда по берегам строившихся каналов слонялись совершенно без дела люди в масках. По всей видимости, в основном это были иностранцы.

Кстати, смысл маскарадов в Венеции был все тот же: в масках все равны. Социальная разница стиралась. Это правило соблюдалось и в Петербурге в екатерининское и елизаветинское время. Однако маску нужно было снимать перед караулом, чтобы стражники понимали, кого они пускают во дворец…

Долгое время петербургской зимней традицией был январский всесословный маскарад (позднее всесословный бал) в Зимнем дворце, на который могли попасть купцы и даже представители крестьянского сословия. При дворе такие празднества называли более откровенно – «балы с мужиками». Понятно, что мужики не танцевали, а смотрели на все действо, угощались с царского стола. Для царского двора это было большой бедой: на таких балах страшно воровали. После праздников, к примеру, недосчитывались серебряных ложечек и всего, что плохо лежало. В результате появилось новое правило: на «балах с мужиками» ложки не класть, а сахар раскладывали лакеи.

Как ни странно, традиция маскарадов продолжилась в советское время. Первый Ленинградский маскарад состоялся летом 1937 года в ЦПКиО на Кировских островах. Были затрачены немалые деньги, приглашены лучшие художники. Судя по сохранившимся эскизам, все оформление было практически лишено политики и идеологии. И это удивительно, ведь в 1920-х и 1930-х годах праздники обязательно были с политическим подтекстом, с сатирой на буржуазию и капиталистический Запад. А тут – ни слова о политике! Известно, что и в 1950-х годах проводились новогодние маскарады на Дворцовой площади.

– Какова была география народных гуляний в старом Петербурге?

– Поскольку город начинал формироваться на нынешней Петроградской стороне, то первым местом гуляний служила Троицкая площадь. Там был и первый трактир и места было много.

По мере развития города места празднеств меняются. В первой половине XVIII века они происходили на Адмиралтейском лугу (ныне Александровский сад). В орбиту этого народного пространства для гуляний вовлекалась и Дворцовая площадь. В XIX веке она становится местом официальных и военных торжеств. Понятно, почему: здесь резиденция императора, два памятника воинской славы – арка Главного штаба и Александровская колонна.

Уже при царице Елизавете Петровне Адмиралтейский луг засеяли травой, потом там посадили деревья, появился бульвар. В пушкинские времена это уже был сад для прогулок. Массовых гуляний там уже не устраивали, хотя исключения делали на Масленицу и Пасху там ставили балаганы и устраивали ледяные катальные горы.

Затем гулянья переместились на Царицын луг – нынешнее Марсово поле. Там они проходили очень долго, пока в конце XIX века их не перенесли на Семеновский плац. Ставились две задачи: во-первых, убрать из аристократического центра города на задворки простонародную толпу, во-вторых, изменить репутацию Семеновского плаца, который был известен как место казней…

Но было и много других мест народных празднеств. С XVIII века местом гуляний, причем не только великосветских, становится Елагин остров. Там появляются немецкие трактиры, и вокруг них возникают парки развлечений. В середине XIX века, когда появляются увеселительные заведения в Новой Деревне, массовые гулянья разворачиваются и там. Традиционным было всесословное первомайское гулянье в Екатерингофе, посвященное первой морской победе Петра Великого.

Когда в начале ХХ века на Петербургской стороне появился Народный дом, вокруг него стал гулять простой люд. Немало тому способствовал появившийся там еще в 1865 году Зоопарк. А недалеко – Петровский парк, который на протяжении всего XIX века служил местом народных гуляний. Так что можно говорить, что места гуляний представляли собой своеобразное «кольцо» вокруг административно-парадного центра города. С одной стороны, недалеко от него, с другой – это были большие пространства, сборища на которых не очень беспокоили благородную публику.

– Когда же праздники вернулись на Дворцовую площадь?

– Практически сразу же после Октябрьской революции. В 1918 году там отмечалась первая ее годовщина. Вообще Дворцовая площадь рассматривалась как одно из сакральных мест революции, недаром первые праздники обязательно включали в себя инсценировку штурма Зимнего. Причем в том виде, в котором на самом деле его и не было.

И снова, как и до революции, на Дворцовой стали проходить военные парады. А в 1930-х годах – знаменитые физкультурные праздники, корни которых восходили к классическому античному наследию. Точно так же острова, ставшие Кировскими, продолжили традицию прежних массовых гуляний. Впрочем, для массовых праздников в ту пору использовались практически все городские площади, а также Стрелка Васильевского острова.

Думаю, что эти места выбирались непроизвольно: в памяти горожан были недавние последние празднества времен Российской империи, связанные с 200-летием Петербурга и 300-летием дома Романовых. Для них использовали площадки практически по всему городу.

– Как известно, с самых первых лет Петербурга территорией празднеств была и акватория Невы.

– Да, и началось все с Петра Великого. Именно тогда Нева стала восприниматься как главная водная площадь города. Судя по старинным изображениям, это было очень зрелищно, поскольку в Неву входили и вставали на якорь корабли.

Существовал и сугубо водный праздник, причем совершенно забытый сегодня: вскрытие Невы ото льда. Это был официальный праздник с детально расписанной церемонией, заимствованной в Венеции. Комендант Петропавловской крепости привозил в Зимний дворец императору кубок невской воды. А затем после официальной церемонии на Неве начинался народный праздник. Ведь пока через Неву не было постоянных мостов, день начала навигации действительно был важнейшим событием в жизни города.

– Как вы считаете, насколько праздник «Алые паруса» отвечает петербургской традиции?

– Вполне, праздник стал уже традицией, причем – уникальной. «Алых парусов» нет ни в Москве, ни в Вятке. Ведь и романтичная феерия «Алые паруса» была написана и впервые опубликована Александром Грином в нашем городе.

Ист.